давненько я таких вещей не писал...
давненько я таких вещей не писал...
Принято считать, что капитализм, как экономическая формация, появился в России не ранее середины девятнадцатого века. Если рассматривать капитализм классический, с паровыми машинами, разделением труда и концентрацией производства и капитала, то эта дата верна. Но ведь и сам капитализм в Европе в самом своем начале отнюдь таковым не был, он органично вырастал из феодализма, и именно его развитие породило все классические черты общественных и экономических отношений девятнадцатого века.
Ничто не возникает сразу, в окончательном виде, любая система, в том числе и общественно-экономическая, развивается, проходит за время своего становления и роста различные стадии, иногда довольно значительно отличающиеся друг от друга. Становление капитализма в Европе начиналось с борьбы королевской центральной власти с местными непослушными феодалами, в ходе которой короли опирались на население крупных городов – ремесленных и торговых центров. В противовес феодальным дружинам создавались городские ополчения, перераставшие затем в профессиональные наемные армии – основа всякой власти, вооруженная сила и вообще право на легитимное насилие переходила от феодальной знати к городскому населению. Опираясь на королевскую законодательную поддержку, города смогли не оглядываться более на прихоти феодалов и полностью реализовать свой экономический потенциал – так начался захват власти экономической. И затем уже, как логический итог, последовали разрушение прежних идеологических концепций, подрыв идеологических и моральных устоев феодального мира, а затем захват власти политической - буржуазные революции, после которых шел более или менее длительный период устаканивания, создания новых идеологических концепций и правил жизни.
Все это факты общеизвестные, освещенные с разных сторон кучей различных теорий – от теории общественного договора философов Нового времени до теории развития производительных сил К. Маркса и теории идеологической борьбы А. Грамши. Однако, если пристально взглянуть на Россию того же времени, то окажется, что все вышеуказанные процессы наблюдались в 16-18 вв и у нас, отличия от Европы будут весьма поверхностными – тем не менее, из-за этих незначительных отличий считается, что никакой капитализм у нас в средние века даже не пытался развиваться.
Главная схожесть исторических процессов в Европе и России позднего средневековья – переход военной власти от крупных феодалов к городскому населению. В России этот процесс шел под маской создания дворянского, то есть мелкого служилого сословия. Коренное отличие дворянства от боярства в том, что боярин приводил с собой дружину, которую кормил с доходов своих владений – дворянин же являлся на службу сам лично. Людишки и землица, которые давались дворянину на время службы указом государя, предназначались для прокорма и обмундирования ему лично – собственно, небольшое количество крепостных и небольшой надел земель в наших суровых природных условиях и не могли прокормить сколь нибудь значительное количество неработающих людей. К тому же, брони и оружие дворяне должны были покупать себе сами, а они стоили дорого. К началу шестнадцатого века дворянство России вступило в полосу кризиса – государство росло, на исполнение служебных обязанностей требовалось все больше времени, соответственно все меньше времени можно было уделять ведению хозяйства. При этом климат холодал, к началу семнадцатого века Россия познала все прелести малого ледникового периода, земля родила все хуже, началось массовое разорение мелких дворянских хозяйств и захват их крупными феодалами. Дворянская масса вполне созрела, чтобы поддержать любого, кто поведет ее против феодальной знати - боярства.
Первым начал Иван Грозный со своей опричниной. Однако его репрессии против феодальной знати носили узко адресный характер, ломалась не система феодального управления страной, а всего лишь уничтожались отдельные, особо опасные боярские фамилии. Тем не менее, именно при Иване Грозном было создано первое профессиональное войско – стрельцы, при нем же были заложены основы управления страной в обход Боярской думы – после отмены опричнины вся опричная верхушка вошла в состав царского двора, образовав своего рода царскую администрацию, ближнее окружение царя. Само собой разумеется – об этом и говорит вряд ли стоит – что в опричники шли в основном горожане (посадский люд) и обедневшие дворяне. В царствование Ивана Грозного произошел и первый контакт России с нарождающимся европейским капитализмом, определивший характер экономических отношений России и Европы практически до сегодняшних дней. Европейские купцы увидели в России источник дешевого сырья – все наиболее выгодные сырьевые ресурсы Грозный в ходе опричнины подмял под себя, договариваться надо было с одной персоной в стране, что очень облегчало для европейцев дела. Стоит ли говорить, что Грозный с радостью пошел на сырьевую торговлю – даже и не на очень выгодных для России условиях, развитие сырьевой торговли обусловило и внешнюю политику Грозного – войны за выход к морям и торговым портам. Принято считать, что агрессивная политика Польши в отношении России инициировалась Ватиканом и католическим духовенством – однако гораздо более вероятно, что она инициировалась купцами католического юга Европы – из зависти к успехам их протестантских английских коллег в торговле с Россией. Таким образом, уже к концу шестнадцатого века Россия встроилась в нарождающуюся систему европейского капитализма – в качестве сырьевого придатка.
Дворянству, однако, пока от этого не было ни холодно, ни жарко. Здесь следует сделать небольшое отступление – во избежание путаницы. Дворянство на Западе – это обедневшие феодалы, мелкие вассалы крупных лордов и герцогов, решившие прибиться к королевской короне в надежде, что так им будет лучше. Они мелкими паразитами облепляли всю систему централизованного управления, создававшуюся, по сути своей, городским зажиточным простонародьем, и своим поведением во многом обусловили жестокости европейских капиталистических революций. Дворянство же России 16-17 вв, особенно низовая его часть, «дети боярские», основа армии того времени – это как раз выходцы из посадского, а то и из деревенского населения.
Осознав при Грозном свою силу, дворянство решительно и упорно стремилось к захвату власти – военной, экономической, политической. Значительный толчок этим процессам дал Борис Годунов - своей пробоярской политикой. Сам выходец из низов, он стремился во что бы то ни стало стать своим среди боярской верхушки – у каждого свои копмлексы и тараканы в голове… Результатом этих тараканов стало резкое ужесточение экономической политики в отношении дворянских слоев, чуть ли не сознательное разорение дворянских хозяйств в угоду боярскому крупному землевладению. Опять же, в явлении Лжедмитриев и Смутном времени принято винить поляков и происки все тех же иезуитов, хотя основную роль там играли как раз дворяне. Дворяне низовых земель составляли войско Лжедмитриев, дворянское ополчение пыталось выбить из Кремля семибоярщину вкупе с поляками. После годуновских пробоярских законов о выдаче и сыске холопов, о кабале такая активность дворянства была вполне обоснована и закономерна. В конечном итоге основным выигравшим в ходе гражданских войн Смутного времени классом стали дворяне. При первых Романовых процесс падения роли боярства – в первую очередь в военных делах – шел неуклонно. Росло стрелецкое войско, возникали полки иностранного строя, было отменено местничество - однако эти же процессы имели и резко отрицательные стороны.
В стране резко выросло количество «лишних» людей. Из личных армий бояр-вотчинников огромное количество народу теперь выбрасывалось на улицу за ненадобностью – землю обрабатывать они не умели, а их боевое умение теперь было не в цене. Дворянское ополчение тоже сокращалось – ему на смену приходили регулярные войска западного образца и стрельцы. Такое число праздно шатающихся людей создавало нешуточное социальное давление, требовавшее выхода – и вот вам реформы Петра I. По сути, его реформы были единственным бескровным выходом для России из назревавшего социального кризиса. Альтернативой было только новое смутное время. Реформы а-ля Европа с резким увеличением государственного чиновничьего аппарата давали место толпам бывших боярских холопей и разорившихся дворян. Дворяне теперь прочно занимали все ступени государственной лестницы – начался захват ими политической власти, и – одновременно – резкое обособление дворянства от городского и сельского населения. Дворянство – все, целиком - втягивалось в сырьевую торговлю с Европой. Закрепленные навечно за дворянами имения (пока, правда, в обмен на вечную же службу) давали прибавочный продукт, продажа этого продукта за рубеж по бросовым ценам давала дворянству деньги и экономическую власть. Соответственно, вся внешняя политика России становилась ориентированной на Европу, и в первую очередь – на торговлю с Европой. Если во времена Грозного подобная зависимость была более менее оправданной – мы нуждались в сырье, собственные запасы еще не были разведаны, то в 18 веке торговля с Европой велась уже ради прибыли и приобретения предметов роскоши. Дворянство России попало в полную зависимость от конъюнктуры рынков Запада.
Этот процесс шел неостановимо, не смотря ни какие политические коллизии. Переворот 1689 г, свергший царевну Софью и формально давший полноту власти Петру I, фактически был реакционным, боярским переворотом – в самом деле, смешно подумать, что молодой государь реально будет разбираться в государственных делах. Но социальное давление снизу было столь велико, что боярство не сумело удержать власть, и Боярская Дума, формально не отменяемая, превратилась в совершенно никчемный и ненужный орган. Так же и попытка введения конституционной монархии в 1730 г кучкой боярских фамилий при воцарении совершенно беспомощной и не имевшей никакого влияния Анны Иоанновны провалилась только из-за открытого сопротивления дворянства. Наконец, в середине 18 века – в правление Петра III – дворянство обрело всю полноту политической власти, освободившись от обязательной государевой службы, но сохранив за собой земельные владения, а к началу 19 в верхнем –дворянском – слое российского общества полностью сформировалась капиталистическая система общественных отношений. Причем капитализм этот был чисто сырьевым. Ярким примером того, к чему это приводило, служит убийство Павла I. Убит он был из-за резко антибританской политики – запретил торговлю с Англией. А британский рынок был традиционным местом сбыта российской пеньки – она шла на канаты для кораблей британского флота. Дворянский сырьевой капитализм привел и к росту эксплуатации крестьянства. Сырье – зерно, масло, яйца, лен и тд - нужно были по как можно более низким ценам, и нужно его было как можно больше. Развитие банковского дела, промышленная революция – строительство железных дорог – лишь усугубили эту эксплуатацию. Резко увеличились арендные платежи - деньгами и сельскохозяйственной продукцией - за пользование землей для крестьян, железные дороги позволяли вывозить продукцию в кратчайшие сроки из ранее недоступных для внешней торговли мест. Относительно низкая продуктивность сельского хозяйства в наших природных условиях вынуждала держать низкие цены, что, в свою очередь, вело к выжиманию всех соков из крестьянства. Искусственно тормозилось социальное и экономическое развитие низших слоев российского населения – чтобы дворянский аграрный сырьевой капитализм мог выжить, все остальные должны были существовать в условиях феодализма, а то и первобытнообщинного строя (крестьянской общины).
Тем не менее, объективные законы развития общества обойти невозможно. Дворянство, желая законсервировать ситуацию в Россию, само же и подталкивало страну к переменам. Желание увеличить прибыли приводило к росту арендной платы за землепользование – земля становилась ценнее работающих на ней. Не случайно крепостное право в России так и не перешло в открытое рабовладение. Установившиеся было в первой половине 19 в нормы продажи крестьян отдельно от земли были вскоре отменены – никакой прибыли это не давало, да и общественное мнение было против. Сдача земли в аренду задыхающимся от безземелья крестьянам становилась выгоднее простого изымания продуктов крестьянского труда для продажи. Не случайно столыпинская реформа уже в начале 20 в не дала никаких результатов – фермерское хозяйство само по себе практически не приносило прибыли. Освобождение крестьян в 1861 г было не столько либеральной реформой свободомыслящих сторонников прогресса, сколько элементарной капиталистической акцией по извлечению прибыли. Дворяне теперь не несли никакой ответственности за крестьян, зато могли драть за них три шкуры в виде аренды за оставшуюся в дворянском владении землю. Для крестьян освобождение 1861 г было не счастьем, а огромной бедой. Однако и для дворянства эта реформа аукнулась катастрофой – из-за разделения крестьян и земли в стране появился излишек рабочих рук и началось развитие нормального, промышленного капитализма (хотя тоже с уклоном больше в сырьевой – топливный и металлургический сектор, машиностроение практически не развивалось). Купечество из чисто торгового сословия стремительно стало превращаться в промышленников и фабрикантов, в страну пришел иностранный капитал – и дворянское землевладение стало абсолютно невыгодным, началось массовое разорение дворянских поместий. На смену дворянскому аграрному капитализму для избранных пришел классический промышленный (промышленно-сырьевой) капитализм.
Уже много написано, что капитализм для страны, где большинство населения все еще составляло крестьянство, живущее общиной, был неприемлем. Крестьянский по сути своей (хотя по форме и пролетарский) октябрь 1917 был реакцией на буржуазный февраль 1917. Тем не менее, и в двадцатом веке полного отказа от капитализма никогда не происходило – да и не могло произойти. Хотя принцип извлечения финансовой прибыли при социализме был неприемлем, но принцип энергетической и товарной рентабельности обойти было просто невозможно. Советское руководство в действительности никогда не шло по «крестьянскому» пути архаизации общественных и экономических отношений, никогда не дистанцировало себя и страну от европейской культуры и модели развития общества, наоборот, всячески стремилось к признанию советского строя именно европейской цивилизацией. СССР всегда стремился к заключению торговых и военных союзов с западными державами – начиная с 20-хх гг, просился в НАТО при его создании, ради сближения с Европой после второй мировой СССР отказался от поддержки европейских коммунистов, ради вхождения в ООН – то есть в число западных держав-победителей – СССР даже дал видимость суверенитета Украине и Белоруссии. Экономическую модель СССР можно описать скорее как государственный капитализм, ориентированный на энергоресурсную, а не на финансовую эффективность. Кроме того, ограничивалась и полностью контролировалась государством внешняя торговля – для сохранения внутреннего производства. Неприятие капитализма было скорее идеологической декларацией, чем непреклонной реальностью (любопытно, что даже во время гитлеровской оккупации ни одна из пронемецких группировок – власовцев, локотковцев – не провозглашала необходимости строительства в России капитализма, все в той или иной степени с оговорками считали необходимой социалистическую модель развития). Считается, что в наибольшей степени к «классическому» капитализму тяготела «ленинградская» группировка КПСС – однако это тоже не более чем идеологическая декларация. При ликвидации Берия были сняты с постов многие коммунистические руководители в восточноевропейских странах – Берия планировал нечто вроде либерализации внешней торговли – пусть сначала и с барьером из восточноевропейских сателлитов. И несмотря на такие явно либеральнокапиталистические идеи, вряд ли у кого повернется язык причислить Берия к «ленинградцам».
Соревнование с классическим капитализмом оказалось делом очень тяжелым – хотя «советская» модель капитализма была весьма полезна для страны. При первой же возможности КПСС скатилась к капитализму даже в идеологии – и вновь капитализм пришел к нам в своем сырьевом виде, отбросившем страну назад на десятилетия…
Адрес записи
734
0
0
0
